«Это необъяснимо, но мне хочется возвращаться в хоспис»: как ухаживают за смертельно больными в Краснодаре

342

«Краснодарские известия» пообщались с главной сестрой Екатерининского сестричества милосердия Татьяной Усачевой и узнали, почему люди тратят свое свободное время на уход за смертельно больными и что в этом самое сложное.

Была необходимость помогать больным

— Татьяна Алексеевна, как и почему возникло ваше объединение?

— Сестричество появилось семь лет назад. Мы организовывали его с настоятелем Свято-Екатерининского кафедрального собора отцом Игорем (Олжабаевым). Сейчас его перевели в другой храм, а нынешним духовником и руководителем сестричества является штатный священник собора отец Николай (Анисимов). Среди нас есть не только сестры милосердия, но и братья — всего около 80 человек.

В основном они трудятся в хосписе, что находится в Пашковском микрорайоне. Там они кормят больных, купают, стригут им ногти и волосы, меняют постельное и нательное белье, а также готовят к исповеди и причастию. В этом медучреждении находятся в большинстве случаев люди с онкологическими заболеваниями и те, кто получил осложнения после инсульта. Там обычно лежат около 70 больных.

— Почему вы решили этим заниматься?

— Осознание того, что я хочу помогать людям, пришло ко мне еще в детстве. Потом я получила медицинское образование. Была необходимость помогать таким больным. Вместе с отцом Игорем мы приняли решение делать это.

— Чем занимаются братья?

— Отдельная мужская группа также купает, бреет, переодевает, но исключительно мужчин.

— Почему в хосписе требуется ваша помощь?

— Потому что родственники не всегда могут ухаживать за такими больными. Либо у них не хватает на это средств, либо они просто не умеют этого делать. В хосписе лежат и одинокие люди. Большинство пациентов находится там на медикаментозном лечении, они принимают препараты, которые купируют болевой синдром. Сестры милосердия трудятся в хосписе с 2015 года, с самого основания заведения. Там работает почти 50 человек.

Мы не только ухаживаем за больными, но и организовываем различные мероприятия. Например, недавно проводили акцию «Письмо Деду Морозу». Пациенты хосписа писали свои пожелания, мы давали объявления в социальные сети, люди откликались и собирали больным подарки. На Рождество наше духовенство также посещает хоспис вместе с сестрами: мы поем колядки, дарим больным подарки.

Каждую неделю соборное духовенство выезжает в хоспис для исповеди. В среду священники исповедуют, а в четверг причащают. Почти все, кто лежит в хосписе, приступают к святым тайнам.

Обычные люди

— Если кто-то чувствует приближение смерти и просит срочно причаститься?

— К нему выезжают. Я не помню, чтобы хоть раз был отказ со стороны духовенства.

— Сестры и братья милосердия: кто они?

— Это обычные люди. В основной массе это женщины среднего возраста. Они имеют работу, а в хосписе помогают в свободное время. Мы все делаем абсолютно безвозмездно. Когда только начинали эту деятельность, то расклеивали объявления по всем православным храмам города. Кто-то откликнулся на них и пришел к нам.

— Что нужно, чтобы стать сестрами милосердия? Для этого обязательно быть воцерковленным?

— Нет. Например, когда мы только открывали сестричество, к нам пришла девушка, выглядящая достаточно маргинально. Она была в татуировках и мало что знала о Церкви и Боге. Сейчас она уже инокиня, находится в монастыре.

— А, скажем, католик или магометанин к вам может присоединиться?

— В нашем уставе прописано, что мы принимаем людей православного вероисповедания. Ведь помимо ухода мы еще говорим с людьми о Боге. Но у нас есть школа сиделок. Мы обучаем этому профессионально. Для этого заключен договор между нами и региональным Центром дополнительного образования. Вот там нет никаких ограничений ни в возрасте, ни в вероисповедании.

Также у нас имеется патронажная служба: мы помогаем старикам на дому. Под нашей опекой находятся 50 человек. Один-два раза в неделю к ним приходят сестры, помогают по хозяйству, с приготовлением пищи, общаются, готовят к исповеди и причастию.

— Как получить такую опеку?

— Сейчас мы временно приостановили прием заявок. Но помогаем таким людям наладить отношения с социальными работниками. Также все зависит от просьбы, объема помощи, состояния больного, даже его места жительства. Скажем, если человек живет в центре города и ему требуется небольшая помощь, мы, конечно, стараемся не отказывать.

В патронажной службе мы сталкиваемся с проблемой, когда к нам обращаются пожилые люди, потому что не хотят тревожить своих родственников. Когда их спрашиваешь, почему они не попросят близких помочь им, то получаешь ответ: «Они очень заняты. Они работают». Старики сильно заботятся о своих родных, но не понимают, что те, кто им помогает, тоже заняты, тоже работают.

Разговоры о жизни и смерти

— На сколько людей хватает при такой работе?

— Кто-то уходит после первого посещения хосписа. А кто-то приходит помогать следить за больными и остается. Мы понимаем, что хоспис — это специфическое заведение. Туда люди попадают не для того, чтобы полечиться и жить дальше. Туда приходят перед тем, как уйти в последний путь. Пациенты там часто говорят о смерти.

Лично для себя могу сказать, что ты приходишь туда за эмоциями, которые получаешь уже на выходе из этого учреждения. Это необъяснимо, но мне хочется возвращаться в хоспис. И я не одна испытываю подобные чувства. Есть люди, которые помогают больным с самого начала основания нашего сестричества.

— Что самое сложное в таком деле?

— Наверное, научиться останавливаться в своей заботе. Иногда кажется, что больным это нужно, а им этого как раз не надо… Ну и, конечно, сложно сохранять эмоциональный фон.

— Но как сохранить этот фон, когда ты находишься среди людей, которые знают, что вот-вот умрут?

— Нужно стараться переключить мысли больных с завтрашнего дня на сегодняшний. Чтобы они понимали, что их любят сейчас, о них заботятся, им уделяют внимание.

— Как правило, люди, которые уже стоят перед лицом смерти, никогда не отвергают Бога. Встречали ли вы такие случаи, когда больные в хосписе до последнего оставались атеистами?

— Не могу припомнить такого случая. Хоспис хорошо показывает, насколько человек чувствует присутствие Бога. Один раз у нас был пациент, который долго отрицал существования Господа. Отказывался принимать наши подарки на Пасху. Но и он перед смертью крестился. Но мы помогаем ухаживать за больными еще в травматологическом отделении зиповской больницы. Там совсем другие пациенты.

Они часто пытаются говорить с нами на темы религии, просят нас доказать существования Господа. Вот общаться с этими людьми намного сложнее. Я заметила, что многих из тех, кто вступает там с нами в теологические споры, совершенно не интересуют наши аргументы. Они просто хотят уличить нас в незнании. Но если мы видим подобную ситуацию, то отправляем таких людей на беседу с батюшкой, который приходит в больницу по вторникам и средам.

Жить так, чтобы не было стыдно

— Вам приходится не только часто слышать рассуждения о смерти, но и видеть ее?

— Конечно. Первое время на такое тяжело реагировать. А сейчас мы хорошо понимаем, что находимся на своем месте. Помимо заботы и ухода, мы готовим человека к жизни вечной. Дай Бог каждому такую кончину, когда ты исповедовался, причастился и умер. Это не внезапная смерть без покаяния. Здесь все происходит осознанно.

— Ваше отношение к смерти поменялось за время работы сестрой милосердия?

— Поменялось кардинально. Раньше одно слово «смерть» наводило на меня холод и ужас. Сейчас я понимаю, что это неизбежный процесс, что смерть ждет каждого. И жить надо так, чтобы после ухода было не стыдно предстать перед Всевышним. Сейчас у меня нет страха смерти. Есть страх того, что ты умрешь, не сделав в этой жизни ничего полезного.

Материал подготовил Максим Куликов.
Фото Денис Яковлев.